“Не далее, как в прошлый понедельник мальчишку-дварфа встретила в лесу я. Был опечален и смотрел сердито дварф. "Ах, расскажи мне, милый дварфик, в чем причина того, что безутешен ты?" "Да так, пустяк", - ответил дварф мне тихо - "Я потерял невидимость, а мир так туп!" И тут вокруг все стало изменяться. Все затрещало и завыло, заскрипело; звучали радостные трели. Так много рядом скрыто разных странных тварей, что не способны вы вообразить!”
Песням, которые сочинила и представила на первом – фантастически оформленном - альбоме RYA (свое настоящее имя она держит в секрете) хочется подпевать. Теперь мне точно известно, что моим любимым танцевальным номером в этом году будет ее "Dwarf Boy" (его я только что пересказал).
Первое впечатление обращает внимание на непосредственность и какую-то детскую радость фантазии, вызывая ассоциации с мечтами Сельмы из фильма фон Триера, Алисой в Зазеркалье и юмористическим обыгрыванием популярной "космической оперы" в песнях группы S.P.O.C.K. Тематику песен легко представить по галактической нахлобучке из вращающихся орбит над головой RYA. На этом альбоме планеты будут устраивать совещания. В доме поселятся кобольды, в лесу – дварфы. Города будут в огне, но из их пепла возродится любовь. Свидания будут назначаться прямо на солнце. Мальчик со всех сторон покроется радугой. Звезды засияют изнутри – непонятно, изнутри дома или самого человека. Поется утрированно и эффектно, иногда с кокетливостью мечтательной мэдхен. Это не кобольды, а какие-то карамельки к чаю!
Различные источники называют ее сербкой, хорваткой или русской. На вопрос о происхождении RYA отвечает такой тирадой: "Если я скажу, что я русская, то вы начнете меня расспрашивать, каково русской артистке работать с немецкой фирмой, или в чем различие между жизнью в России и в других странах; а если я укажу немецкое происхождение, то вы начнете обращаться ко мне как к "одной из вас", как к другу, хотя я, может быть, могла бы оказаться вашим злейшим врагом".
При дальнейшем прослушивании оказывается: да ведь "поп музыка" эта не так проста, точнее, не только проста. Ведь чем обычно бывает плоха поп музыка? Не доступностью мелодий, а тем, что выступает как сенсорный обманщик: она вывешивает перед слушателем этикетку "вот здесь - эмоции", но за ширмой ничего нет. У RYA мелодии доступные и цепляющие, но веселье оказывается не пустым, а внешнее обеспечено смыслом. "Кобольды" и "дварфы" – это высказанная в мягкой, доходчивой форме персонификация мира фантазии человека, позволяющая слушателю идентифицировать себя с этим миром. Здесь есть напористость, здесь есть силовая характеристика, которая, с одной стороны, скрепляет образы в некое единство, с другой – внушает веру в их жизненность. Песни буквально битком набиты такого рода призывами: "We must go deeper, deeper into space! / We have to pass the center, to see the black nothing to find the sunlight!". В результате треки наполняются энергией даже не за счет самих слов, а за счет постоянного повторения таких "лозунгов". А еще в текстах есть постоянные мотивы, два главных из которых – чудесное преображение (ему посвящен весь последний трек) и энергичное усилие, стремление к этому преображению - я уже назвал. Наличие мотивов – свидетельство внутренней целостности, доказательство того, что у артиста есть за душой своя идея.
В толпе редко встретишь лицо с "персональным" выражением. То же самое – с альбомами. Правильную пластинку записала RYA, имеющую персональное выражение.
