Берлинская достопримечательность, трио KNORKATOR – не столько обычная рок-группа, сколько артисты-комики экстракласса, обращающиеся с "низким" материалом совсем не так, как человек с улицы. Музыка – не единственная сторона их деятельности. В промежутке между двумя альбомами они выпустили книгу рисованных и словесных "приколов", а недавно им - известным всей Германии - пришла в голову идея поработать в течение нескольких дней в кинотеатре кассиром, билетером на входе и продавцом мороженого.
По поводу их четвертого альбома, оперативно перепечатанного "Irond Records", одна из немецких газет, выдав желаемое за действительное, написала, что группа "становится общепонятной". Ведь раньше в песнях были характерны такие сюжеты, как в композиции с первого альбома под названием "Меня преследует собственное дерьмо" (кстати, это можно понимать как буквальную реализацию идиоматического оборота). В ней на героя песни в отхожем месте набрасывается это самое дерьмо (как некое живое существо), причем так, что отделаться от него никак нельзя. В конце концов, герой начал дрессировать дерьмо и стал выступать с ним в цирке. Дерьмо прыгало через обруч и срывало аплодисменты, а герой песни разбогател и построил виллу. "Вот только девушки меня сторонятся", - сокрушается он.
Теперь "дурнопахнущее" слово встречается только в одном треке. Рассматривая музыкальные изменения, можно сказать, что в сравнении с ранними альбомами "грубого" металла чуть поубавилось, а клавишных завитушек стало еще больше. Но это означает, что группа стала добиваться того же самого более "спокойно". Это все тот же индустриальный танц-металл с издевательскими классическими пассажиками. Если раньше в текстах персонаж был озабочен трагической пропажей из шкафа свежего трико, то теперь есть песня "Грязнуля" ("Schmutzfink") с преувеличенно-буйной реакцией (это вообще самая "дикая" вещь альбома) воображаемого родителя на неубранную комнату и состоящая из потока ругательств: "Чучело! Бесстыдник! Мучитель! Озорник! Да вынь ты руки из карманов и стой прямо! Нахал! Да как тебя после этого называть! Шельма! Крикун! Негодяй! Под домашний арест тебя! Запретить смотреть телевизор!" Если раньше песня могла состоять из одного только перечисления (это любимый прием) различных колюще-режущих и вообще "опасных" предметов (от алебарды до кузнечного молота), то сейчас в титульной песне "Я ненавижу музыку" в списке того, что герой пародийно "ненавидит": обозначения нотной грамоты, музыкальные жанры, имена композиторов. Не забыты кавер-версии, вновь есть песня на "непонятном" языке, а 12-й трек состоит из тишины - как сообщает буклет, "минута молчания для того, чтобы подумать о старых добрых временах". На limited edition несколько бонусов, причем я отмечу не столько ремиксы одного из участников RAMMSTEIN, укрывшегося под скромной анаграммой Apul, сколько очередной кавер на AC/DC ("Beating around the bush") в стилистике свингующего биг-бэнда. Альбом абсолютно лишен тяжеловесности, присущей "серьезным" группам "нойе дойче хэрте", а напротив, безумно и весело окрылен.
Реклама на сайте Irond сравнивает KNORKATOR с отечественными BONEY NEM. Это сравнение годится только для объяснения "на пальцах" (например, вы можете сказать другу-металлисту: "KNORKATOR – это типа немецкие BONEY NEM"). Но у немцев кавер-версии – всего лишь одна из составляющих. Можно найти три уровня в их творчестве: "буйство" и "грубость" (вспомните, как они разбивают на сцене телевизоры, столы, стулья, унитазы и поливают публику измельченными овощами); затем все это оказываются пародией и комедиантством; наконец, "пародия" предстает чем-то целостным, независимым, самодостаточным. Нельзя их сводить только к "стебу" (которым занимается множество противных и пошлых групп).
KNORKATOR – группа, по сути (не зацикливайтесь, что это "тяжеляк"), того же плана, что продвигает лейбл Bad Taste. Например, тексты TIGER LILLIES тоже полны скабрезностей, но интеллигентней их комедиантов еще надо поискать. KNORKATOR – ничуть не меньшие короли "дурного вкуса", функционально играющие в своей стране примерно ту же роль, что у нас ЛЕНИНГРАД: они умеют преподносить "вульгарную" лексику без молодеческого жеребячьего ржания, "освобождая" и "обновляя" ее к восторгу публики.
